3 сентября 2017

«13Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды. 14Все у вас да будет с любовью. 15Прошу вас, братия (вы знаете семейство Стефаново, что оно есть начаток Ахаии и что они посвятили себя на служение святым), 16будьте и вы почтительны к таковым и ко всякому содействующему и трудящемуся. 17Я рад прибытию Стефана, Фортуната и Ахаика: они восполнили для меня отсутствие ваше, 18ибо они мой и ваш дух успокоили. Почитайте таковых. 19Приветствуют вас церкви Асийские; приветствуют вас усердно в Господе Акила и Прискилла с домашнею их церковью. 20Приветствуют вас все братия. Приветствуйте друг друга святым целованием. 21Мое, Павлово, приветствие собственноручно. 22Кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема, мара́н-афа́*. 23Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами, 24и любовь моя со всеми вами во Христе Иисусе. Аминь!»

(1Кор.,16: 13-24)

 

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Слышали ль вы гром? Видели ль вы молнию? Эта молния сверкнула здесь; этот гром прогремел в сем храме. Ибо не здесь ли, не с сего ли священного места возглашено было ныне молниеносное слово апостола: «аще кто не любит Господа Иисуса... да будет проклят!» (1 Кор. 16:22). Что же значат все громы и молнии против единого проклятия Божия? Молния и гром поражают в одно известное время и одно какое-либо место на земле; а проклятие Божие, раз изреченное в раю, доселе всю землю заставляет покрываться тернием и волчцами. Гром и молния могут убить тело, отнять жизнь временную; а проклятие Божие может и душу и тело воврещи навеки в геенну огненную. Итак, надобно прилежнее осмотреться, не стоим ли мы под сим ужасным громом? Не привлекаем ли чем-либо на главу свою этой неугасимой молнии? Даже не поражен ли ею уже кто-либо? Ибо и это может быть, что иной уже поражен ею, и не чувствует своего поражения, подобно тому, как пораженный громом и молниею чувственною не знает своего положения; и, если может быть возвращен к жизни, то помощью благотворительной руки чуждой.

Итак, довольно одной нелюбви ко Господу Иисусу, чтобы обрушиться на нас гневу небесному. А мы обыкновенно думаем, что проклятие небесное поражает токмо самых последних преступников, что для сего надобно быть Каином, Иудой или Арием богохульником. На чем основываясь, думаем мы таким образом? На том, что Бог милосерд, и прочие люди не так худы и злы. Но где же, в ком же более и открылось все милосердие Божие, как не в Лице Единородного Сына Его, за нас на кресте умершего? Если я не люблю сего самого милосердия, то есть Божественного лица Искупителя моего, то, что другое остается мне, как не суд, гнев и казнь? «Мы еще не так худы, чтобы быть предметом гнева небесного». Но где же, в ком же вся наша правда и оправдание, как не в том же Лице нашего Божественного Ходатая? Если я не люблю сию правду в Его Лице; то, что остается мне, как не моя собственная неправда, и, следовательно, гнев небесный? Если бы Лицо Спасителя нашего само по себе было не так любвеобильно, то, может быть, еще было бы сколько-нибудь извинительно – не любить Его, но теперь оно именно таково, что, смотря на него, должно сказать: Спаситель наш «весь любы есть!» Как же не любить сей любви? И что остается не любящему ее, как не гнев и суд? Посему, если бы апостол и не говорил нам страшного слова на тех, кои не любят Господа Иисуса, то собственное наше сердце, Его любящее, должно бы произнести его. В таком случае одно может быть извинение – неведение; а кто знает Господа Иисуса, ведает, что Он сделал и претерпел за нас, и не любит Его, тот не имать вины о гресе, тот явный враг всего святого и потому неминуемо подлежит отвержению. 

Кто же любит и кто не любит Господа Иисуса? Вопрос крайне важный, ибо с любовью соединено все благословение и, следовательно, жизнь вечная; а с нелюбовью – явное проклятие и, следовательно, смерть вечная. 

Не любит Господа Иисуса тот, кто не старается узнать Господа Иисуса, то, что Он сделал и намерен сделать для нас, и чего желает и требует от нас. Не любит Господа Иисуса тот, кто не старается исполнять заповеди Его, подражать примеру Его, уподобляться Ему в своих мыслях, нравах и поступках. Не любит Господа Иисуса тот, кто не любит думать о Нем, как можно чаще, представлять Его жизнь как можно живее, поставлять себя в Его невидимое присутствие, давать Ему отчет в своем поведении. Не любит Господа Иисуса тот, кто не любит слова Его, оставленного нам в Евангелии, не любит Церкви, Им учрежденной, не любит Таинств, Им преподанных. Не любит Господа Иисуса, кто холоден к Его славе, не старается распространять познания о Нем, не защищает имени Его, не стоит за святость Его Евангелия. Не любит Господа Иисуса кто не хочет лишиться за Него благ временных, претерпеть поношения и гонения от мира. Не любит Господа Иисуса кто не ожидает Его славного пришествия, не водится обетованиями, Им данными, не приносит им в жертву суетных надежд мирских. 

Сами видите, что я беру черты любви самые обыкновенные, и, так сказать, неизбежные, такие свойства и признаки, без коих и земная любовь была бы недостойна своего имени. Но, когда совокупить, и сии немногие черты в един образ, и приложить его к нам, то много ли найдется любящих Господа Иисуса? Значит, мы едва, не все стоим под страшным словом апостола Христова! Стоим и не думаем о своей опасности! Думаем, напротив, что мы совершенно безопасны, и почему? Потому что носим имя (одно имя) христиан, принадлежим (также по одному имени) к Церкви Христовой, исполняем (машинально) некоторые обряды ее, то есть потому именно надеемся и почитаем себя безопасными, из-за чего надобно было бы страшиться и трепетать!.. 

Да пробудится же внимание тех, кои способны еще возбудиться от сна и беспечности духовной! Не напрасно слово апостола поразило среди настоящего служения мысль мою, и повелительно заставило меня отверсть уста на повторение его в слух вам, ибо я не хотел ныне беседовать с вами. 

Может быть, между нами есть именно такие души, для коих нужно было такое пробуждение. И для кого же оно не нужно? Кто похвалится иметь такую любовь ко Господу Иисусу, какую должно иметь, какую Он заслужил от нас? Итак, все со страхом приимем слово апостола и, возвратившись в домы, размыслим: не падает ли оно всею тяжестью своею и на нас? Аминь.

Святитель Иннокентий, архиепископ Херсонский


Возврат к списку

Комментарии

У вас нет прав на добавление комментариев. Обратитесь к администрации сайта.